Кинопоказ док. фильмов: «Ротко» и «Бэкон»

Когда:
03.03.2018 @ 16:00 – 19:00
2018-03-03T16:00:00+05:00
2018-03-03T19:00:00+05:00
Где:
CADP 8BY10
улица Осипенко
Тюмень, Тюменская область, 81, Тюмень, Тюменская обл., Россия
625000
Контакт:
София Кинзбург

Фрэнсис Бэкон

Лицо одутловатое, некрасивое до неприятия. Неясное. Ясно отчего он так пишет. Таким видит себя. Не хочет видеть. В картинах лица нет, оно смыто-сдвинуто в бок. Синее, синяк оставшийся от шин машины проехавшейся по лицу.
-Я некрасив, говорит он.
Констатация факта. Не горечь, не скромность, так есть. Но он, не его картины. Не то вываливающееся на нас безумие, когда видишь их впервые.
-Меня удивляет, если кто-то скажет что любит их. Отторжение, отвержение, то, что они вызывают.
Мясистое лицо, щеки багрово серые, от постоянного опьянения, уплывшие вместе с фокусом зрителя смотрящего на него.
Но он вызывает любопытство, от несовпадения облика и его движений. Почти детская открытость, наивность. Лицо такое, как есть. Которое он с радостью бы стер. Но он несет его и отторжение, отвержение, вот что оно вызывает. Перед нами Френсис Бэкон.
Автор: София Гинсбург

 

Марк Ротко

Всякая картина, которая не предусматривает состояние, в котором может быть изображено дыхание жизни, меня не интересует.
Я думаю о своих картинах как о драмах, в них играют роли формы.
Картины должны быть чудотворны, в тот момент, когда картина окончена, близость между созданием и создателем оборвана. Он посторонний. Картина должна быть для него, как и для любого, переживающего ее позже, откровением, неожиданным и беспрецедентным разрешением вечных своих вопросов.
Я использую цвета, которые уже прошли через свет дня и через состояния ума человека. Другими словами, мои цвета – не цвета, а лабораторные инструменты, изолированные от всех случайностей или примесей, которые обладают подлинностью и непорочностью.
Никакие комментарии не в состоянии объяснить живопись, — все объяснения должны исходить из завершенного опыта переживания между картиной и ее наблюдателем. Оценка искусства — это поистине бракосочетание интеллектов. И искусство — это бракосочетание, и если оно не завершается должным образом, тогда оно бесплодно.
Я не абстракционист. Меня не интересуют отношения цвета или формы или что-то еще. Я заинтересован только в выражении основных человеческих эмоций: трагедия, экстаз, смерть и так далее.
Живопись не есть изображение опыта, она есть опыт.
Нет такого понятия, как хорошая живопись ни о чем.

Искусство – это приключение в неизведанном мире, которое может предпринять лишь тот, кто готов рисковать.
Скажу без оговорок — моя точка зрения, что здесь не может быть никакой абстракции. Всякая форма или область, которая не имеет пульсирующей конкретности костей и плоти, уязвимости для удовольствия или боли, не представляет собой ничего. Всякая картина, которая не предусматривает состояние, в котором может быть изображено дыхание жизни, меня не интересует.
Я не верю, что когда-либо стоял вопрос об абстракции или предметности. Что на самом деле важно, так это оборвать молчание и одиночество, дышать и протянуть руки, чтобы снова стало возможным недоступное переживание.

No Comments

Оставьте комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.